hotel oriental

...butt book по-русски...

Thu, 13 Nov 2008 15:15:33 GMT

Начались предварительные продажи коллекционного издания «Антология BF №100»
Лучшее за 4 года, а также абсолютно новое, то, что еще никто не читал, не видел и не слышал.

Эксклюзив, откровения и специальные проекты!

Только до 15 ноября 2008 года
специальная цена 500 руб.*
* Цена не включает стоимость услуг по доставке! Стоимость и время доставки зависит от адреса доставки!

В дальнейшем цена будет только увеличиваться, так что имеет смысл подсуетиться. Ты уже можешь оформить и оплатить заказ в редакции, курьеру или через систему «Яндекс.Деньги».

Статус проекта: Все материалы собраны. Идут pre-press работы.

BEST OF BEST FOR PREMIUM SELECT
Залетные:Jean Paul Gaultier, Madonna, Kylie Minogue, Merilyn Manson, Patricia Kaas, Scissor Sisters, Andy Bell, Bananarama, BWO, Jamiroquai...
Наши: t.A.T.u., Фрида, Буч, Гости из Будущего, Сурганова, Юра Титов и многие другие

EXCLUSIVE SPECIAL NEW
Самые талантливые люди специально для антологии:
Исследования догм и антидогм
Абсолютно голая Заза Наполи абсолютно непредвзято оформляет отечественных Drug Queens на доску почета
Трогательная история чувств в откровенных фотографиях от Alex Bego
Face Control наоборот – репортаж из недр клубного бизнеса
А также: специальные арт-проекты, лучшие работы фестиваля ARTFEST'06, откровения редакции, дайджест четырех лет, неопубликованные фотоотчеты с мероприятий и много такого, чего еще никто не знает...

BEST FRIENDS SPECIAL EDITION
Свои новые и лучшие хиты для вас записали:
Лолита
Фрида Саксон
Митя Фомин
Ночной Десант
Мираж-Junior
Sex Police
La Gioconda
Андрей Рябушинский

...эти чудесные люди...

Thu, 06 Nov 2008 10:18:25 GMT

...звездный каталог...

Wed, 29 Oct 2008 15:09:14 GMT

...purple sexe #9...

Mon, 27 Oct 2008 12:11:39 GMT

...

Thu, 23 Oct 2008 15:02:10 GMT

...paul kalkbrenner...

Thu, 16 Oct 2008 11:06:53 GMT

...как говорится: у меня на работе одна коллега другую фистанула...

Wed, 15 Oct 2008 16:16:15 GMT

...sven vath and richie hawtin dancing...

Tue, 07 Oct 2008 14:07:09 GMT

artforever ‎(17:57):
я сегодня шел на работу и думал, что если я поеду в венецию и там буду жить, вы ко мне все приедете, мы поедем вечером, например, в езоло, ночью будем танцевать в иль муретто, а утром просто пойдем на пляж и будем там спать)))))))))

...ооох!...дима-дима, ай да с нами...

...гоша острецов - мертвые души...

Mon, 29 Sep 2008 16:53:40 GMT

...одиночество, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 280х460 см...

...чё, бздишь, мудило!, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 200х300 см...

...аппетит, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 280х400 см...

...бля...!, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 200х200 см...

...попса, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 280х330 см

...суки, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 280х950 см...

...трудное детство, 2008, холст, акрил, нитроэмаль, 280х400 см...

...гоша острецов - мертвые души...
...галерея триумф...
...10.10.08 – 24.10.08...

...mario testino - obsessed by you...

Sat, 27 Sep 2008 13:48:45 GMT

...gisele new york 2007...

...kate with choker cannes 2001...

...kate with mohawk paris 1996...

...kate with cigarette london 2006...

...lindsay los angeles 2007...

...kate at mine london 2006...

...claudia berlin 2008...

...

Mon, 22 Sep 2008 10:22:15 GMT

...в субботу купил себе все песни только о любви на dvd...помню все четыре раза как ходил на него: первый раз с катей, второй один, на жутких отходняках - много плакал, третий раз с кареном - тоже на отходняках, четвертый с катей, эдиком и лешей, я тогда купил себе классную кофту сислей, весь день лил дождь, и мы напились виски, и потом покупали в воскресной пропаганде салат с собой и ржали над всеми (в общем то как и обычно)...вообще фильм знаковый для меня, не столько из-за сюжета, сколько из-за воспоминаний, которые с ним связаны...а недавно заглянул в статистику в своем айподе, оказывается песни из этого фильма я слушал намного чаще других...
...еще в субботу много чего произошло, и плохого и очень хорошего...ночью стерлись все смс, которые были на телефоне, из-за того, что он сел...сам оф вем хат, сам оф вем нат...мне очень жаль, тем более афтер олл...
...у меня такая борода отросла...позорище!

...

Fri, 19 Sep 2008 14:18:17 GMT

...нашел одну фотографию на фейсбуке...жаль что нельзя ее здесь выложить и рассказать про нее...####@######### ### early morning ####...

...под гримом сеточка морщин...

Wed, 10 Sep 2008 13:12:19 GMT

...по мотивам котенькиного поста...

Газета "Псковская губерния"
№ 40 (359) 17-23 октября 2007 г.
Постоянный адрес этой публикации: http://gubernia.pskovregion.org/number_359/10.php

Великая пустота
Брет Истон Эллис: «Мы будем скользить по поверхности вещей»

«Ты нам нравишься, потому что у тебя нет планов на ближайшее будущее. Ты нам нравишься, потому что у тебя ни на что нет ответов.»

Жанр социальной сатиры всегда оставался весьма и весьма уважаемым. Правда, в последнее время на Западе это направление литературы ценится гораздо сильнее, чем в иных частях света.

Так сложилось, что насмехаться над реальностью очень хорошо научились на именно Западе. В прочих местах она пользуется большим уважением, а придумывать что-либо более гротескное, чем реальность, не считается хорошим тоном.

Известный насмешник, Брет Истон Эллис, в очередной раз продемонстрировал свое умение в изображении жестокости театра жизни. Как всегда, не забыв извратить эту самую жизнь и ее восприятие до гротескности и неузнаваемости.

Человеку свойственно полагать, что любой мало-мальски приличный роман обязан иметь некий набор определяющих признаков: идею, концепцию, сюжетную линию, разработанные характеры героев. Желательно, чтобы все вышеуказанное было хорошо продумано и не банально.

Но человеку свойственно и ошибаться. Оказывается, можно взять шесть сотен страниц чистой бумаги, заполнить их известными именами (Ума Турман, Кельвин Кляйн и им подобных) и известными брендами (Prada, Tommi Hilfiger и прочими), заставить персонажей общаться только при помощи словарного запаса, по сравнению с которым словарный запас Эллочки Людоедки просто огромен, забыть про сюжет как таковой и связь разных сюжетных линий, бросить идею о том, что диалоги должны быть законченными.

В итоге получится вовсе не стопка макулатуры, как можно было предположить, а модная книга, которую будут называть «книгой десятилетия» и даже «книгой нашего времени».

Речь идет об одном из романов Брета Истона Эллиса, носящем название «Гламорама», и вышедшем в свет в уже далеком 1998 году.

В «Гламораме» Эллис остается верен себе и своему странноватому стилю повествования: короткие фразы в настоящем времени, до тошноты дотошный перечень гламурных брендов и трендов, очень быстро сливающихся в фоновое шипение, непременный психоделический сдвиг куцего сюжета в область натуралистического насилия и неизбывный сарказм.

«Гламорама» – это история золотого мальчика, модного тусовщика Виктора Варда. История, начинается с разных модных мест и штучек Нью-Йорка, а заканчивается взрывами кафе и авиалайнеров в Европе.

Главный герой – человек, которого потребление поглотило давно и необратимо. Виктор Вард – жалкая, поверхностная, лабильная топ-модель. Его личность, его «Я» растворилось в погоне за разными модными людьми и актуальными на сегодняшний день брендами.

Запертый самим собой в голливудской мистерии гламура, Виктор отчуждается от остального мира, превращаясь в безвольного шизофреника, глушащего проявления болезни антидепрессантами, наркотиками и безудержным сексом.

Первая часть романа напичкана названиями и именами, целыми списками, которые жертвы гламура могут читать как мантру. Эллис и его герой утомляют длиннейшими перечислениями торговых марок, готовя почву для кровавой бани, которая непременно последует.

Клубно-постельное мельтешение Виктора медленно меняет интонацию романа. Виктор начинает ощущать, что за ним кто-то следит. Этот кто-то может оказаться кем угодно: боссом, которого Виктор пытается «кинуть», регулярно обманываемые любовницы или кое-кто совсем уж непредставимый.

Начинают происходить дикие вещи: диджея находят мертвым в мусорном баке, две интересующие Виктора женщины надевают на одну вечеринку одинаковые платья, какой-то подозрительный тип предлагает отправиться в Европу, а откуда-то сверху все время сыплется конфетти и – везде царит холод.

В результате запутавшийся в подозрениях, отупевший от наркотиков, брошенный всеми, Виктор отправляется в Старый Свет, где его поджидают вещи более дикие, чем дырка на костюме от Prada.

Виктор попадает в лапы заговорщиков-террористов. Не просто банальных фанатов устроить взрывы для устрашения, а настоящих кровожадных убийц, убивающих ради убийства.

Самое страшное в том, что все террористы принадлежат к тому же кругу, что и Виктор, они такие же поверхностные и беспечные, как он. И вырваться из их лап невозможно, они – всюду.

Эллис освобождает страницы от тягомотных перечислений брендов только для того, чтобы залить их кровью. Насилие в романе так же разложено по полочкам и разнесено по спискам, как и атрибуты гламурной жизни.

Временами вторая часть романа напоминает плохой анекдот или бред человека, мозги которого основательно запудрены кокаином.

Герою удается-таки сбежать от террористов, но он многое теряет – начиная с подруги и заканчивая остатками веры в людей и самого себя. Зато проходит отравление гламуром, пополняется словарный запас и (даже!) появляются мысли в истощенном наркотиками сознании.

«Гламорама» Эллиса – это роман, который многие считают острой сатирой на гламурных персонажей и их жизнь. Многие полагают, что это – форма рефлексии автора на тему: что значит быть знаменитостью.

«Гламорама» может показаться несколько устаревшей книгой, она написана в 90-х годах прошлого века. Может быть, «Гламорама» – лишь пародия на подобные произведения и служит для того, чтобы показать всему миру невидимые старушечьи морщины на гламурном лице мировой фешенебельной культуры. Все может быть. Но собственное мнение вы можете составить только после прочтения.

Татьяна МОРЕВА.

Эллис, Брет Истон. Гламорама. Перевод с английского И. Кормильцева. М.: издательство «Торнтон и Сагден», 2004.

...

Wed, 03 Sep 2008 13:55:14 GMT

...дима, дима...и все же самая красивая спитери - это спитери, занимающаяся любовью в джинсах...

...звезды о прошлой ночи...

Tue, 02 Sep 2008 08:01:53 GMT

...

Mon, 01 Sep 2008 08:27:33 GMT

...первое сетября я встретил в только что постиранных, голубых кедах конверс и в любимых черных джинсах зара...сверху на мне были надеты: черная футболка ном де гуерре с огромным энди урхолом на все тело, подареная ваней из продакшн отдела марки фф, с которым я как-то целовался во сне, и, да, это было прекрасно...еще синяя матерчатая косуха сислей и корчиневый браслет с патронтажем ив сен-лоран...по дороге на работу я слушал группы туманный стон, air и певицу максим, на концерт которой собираюсь пойти в середине сентября...до этого меня разбудила прекрасная смс, а еще до этого я проспал где-то шестнадцать с половиной часов...у меня кончился дизайн акт, и слава богу, это было не то, чтобы мясо, но точно что-то кровавое...я возлагаю огромные надежды на будущее, и надеюсь, что всем им суждено сбыться...и не думайте, что меня зовут наталья правдина, хотя вполне возможно, сегодня, это именно так...

...вместо еженедельного дайджеста из жизни богатых и знаменитых и дерзких и красивых...

Fri, 22 Aug 2008 11:45:16 GMT

...

Tue, 19 Aug 2008 14:38:45 GMT

...

Mon, 18 Aug 2008 07:26:38 GMT

...

Sat, 16 Aug 2008 01:00:06 GMT

...оказывается на второй части нового альбома группы мумий тролль есть мы-скользим-по-поверхности-вещей-лазурно-бирюзовые-глаза...и разухабистое гей-диско - фантастика...

...я назову тебя галактикой, вселенной, и буду бороздить до черных дыр, без устали и сна...

...меж тем, я беру полотенце и плавки, и пиздую в папарацци, а потом в город-герой-наукоград троицк...

...lifestyle of the rich & famous...

Fri, 15 Aug 2008 09:04:50 GMT

...

Mon, 04 Aug 2008 10:42:34 GMT

...

Thu, 31 Jul 2008 13:02:23 GMT

Полдень, серебристые облака скользят по небу, а на серый как сталь Париж падает легкий дождь. Сегодня два показа — один в Консьержери и еще один в саду рядом с музеем Родена, и за выход Хлое получит чертову уйму франков, критики злобствуют, подиумы кажутся все длиннее и длиннее, папарацци совсем обнаглели и одновременно стали ужасно невнимательными, девушки носят украшения из костей, птичьих черепов, человеческих зубов, выходят на сцену в окровавленных белых халатах, с флуоресцентными водными пистолетами, шумиха в прессе или полное молчание, одни говорят, что это — последний писк моды, другие говорят, что в жизни не видали ничего банальнее.
Мы заказываем в номер кофейник с кофе, но она не пьет кофе, бутылку красного вина, которого она выпивает только полстакана, пачку сигарет, но она совсем не курит. Проходит час, за ним другой. Цветы, присланные различными дизайнерами, наполняют номер, они имеют самые необычные формы и окраску, так что когда мы не разговариваем друг с другом, мы с удовольствием их разглядываем. Голубь сидит и курлыкает на подоконнике за нашим окном. Сперва мы все время задаемся вопросом: «Что бы это могло значить?» — и импровизируем, делая вид, что у нас имеются друг от друга секреты, которыми мы с удовольствием друг с другом поделимся, но затем нам приходится вновь вернуться к сценарию, и я начинаю вылизывать ее киску, заставляя кончить несколько раз подряд, а затем мы располагаемся так, что я, лежа на боку, трахаю ее в рот, выгибая спину при каждом движении, а она держится руками за мои ягодицы и не отпускает меня, пока я не кончаю два раза, и вот мои губы уже прижаты к устью ее влагалища, а позже она начинает плакать, потому что все это просто невероятно, и она не верит ни одному моему слову, а я бегаю по комнате, ища коробку с гигиеническими салфетками, и тогда она встает, умывается, и мы пытаемся снова заняться любовью. Голова Хлое лежит на подушке. Мы смотрим MTV с отключенным звуком, а затем она говорит, что мне стоит побриться, а я говорю ей, что хочу отрастить бороду, а затем, выдавив улыбку, добавляю, что мне необходимо изменить внешность, и она воспринимает это заявление всерьез, и когда она говорит: «Нет, лучше не надо», что то начинает приходить в норму, просыпается надежда, и мне начинает казаться, что у нас есть будущее.
Я пытаюсь заснуть, но мне это не удается, потому что я все время вспоминаю, каким образом я очутился здесь, так что я устраиваюсь поближе к Хлое и глажу ее по голове.
— Я думал, если я исчезну, то… то все удастся поправить, — говорю я. — Я потерял… потерял ориентиры, понимаешь, зайка?
Она улыбается невеселой улыбкой.
— Мне нужно было разобраться со своими приоритетами, — нашептываю я. — Привести в порядок голову.
— Для чего?
Я вздыхаю:
— Потому что меня несло… — Я замолкаю, потому что у меня перехватывает дыхание.
— Несло куда? — спрашивает она. — Говори… — просит она.
Я делаю глубокий вздох и тут же сдаюсь.
— Не было никого другого, — шепчу я.
— Тебе просто было нужно привести в порядок голову?
— Да.
— И ты отправился в Париж?
— Да.
— Виктор, в Нью Йорке полно парков, — говорит она. — Мог бы начать ходить в библиотеку. Мог бы начать гулять.
Сама того не понимая, она рассказывает мне больше, чем думает. У меня пропадает сон.
— Перед тем как я уехал, у меня начало складываться впечатление, что у тебя с Бакстером…
— Нет, — говорит она, не давая мне закончить фразу.
Но больше ничего не добавляет.
— Но ты же могла мне лгать, верно? — неуверенно спрашиваю я.
— Зачем?
Она протягивает руку, чтобы взять с тумбочки сценарий.
— Ладно, все в порядке, — говорю я. — Все зашибись.
— Виктор, — вздыхает она.
— Я так боялся за тебя, Хлое.
— Почему?
— Я думал, что ты снова начала нюхать героин, — говорю я. — Мне показалось, что я увидел кое что в твоей ванной, там, в Нью Йорке… а затем я увидел этого типа Тристана — он же дилер? — в твоем подъезде, и, о Боже!.. я совсем свихнулся.
— Виктор…
— Нет, послушай, зайка, тем самым утром после презентации клуба…
— Вот вот, именно той самой ночью, Виктор, — говорит она, слегка шлепая меня по щеке.
— Зайка, я совсем свихнулся…
— Не надо, тсс, — говорит она. — Я всего лишь купила у него травы на выходные, да и то — немного покурила, а все остальное выбросила.
— Положи это, прошу тебя, зайка, — говорю я, показывая на сценарий, который она держит в другой руке.
Позже.
— Ты не мог справиться с огромным количеством элементарных вещей, Виктор, — говорит она. — У меня всегда было такое ощущение, что ты разыгрываешь меня. Даже когда я знала, что это не так, ощущение все равно сохранялось. Я всегда чувствовала себя случайной гостьей в твоей жизни. Как будто я была лишь одним из пунктов в твоем списке…
— Но, зайка…
— Ты был очень ласков со мной, Виктор, когда мы только познакомились, — говорит она. — А затем ты изменился. — Она делает паузу. — Ты начал обращаться со мной как с последним дерьмом.
Я плачу, прижав лицо к подушке, а затем, подняв голову, я говорю:
— Но, зайка, теперь я стал гораздо более цельным.
— Нет, сейчас ты пугаешь меня еще больше, — говорит она. — Что ты такое несешь? Ты в ужасном состоянии.
— Я просто… просто очень боюсь, — рыдаю я. — Я боюсь снова потерять тебя… и я хочу, чтобы ты это поняла… Я хочу начать все сначала.
Печаль искажает черты ее лица, создается такое впечатление, словно она мучительно пытается что то вспомнить.
— Мы не можем вернуться назад, — говорит она. — Я серьезно, Виктор.
— А я и не хочу возвращаться назад, — говорю я.
— Элегантный костюм, — вздыхает она. — Пустая болтовня. Модная прическа. Постоянное беспокойство о том, считают ли тебя люди достаточно знаменитым, или достаточно крутым, или в достаточно хорошей форме, или — что там еще? — Она вздыхает, сдается, смотрит на потолок. — Все это не признаки мудрости, Виктор, — говорит она. — Это дурные предзнаменования.
— Ага, — говорю я. — Именно так, зайка… похоже, я обращал слишком много внимания на внешнюю сторону, верно? Я знаю, зайка, я все понял.
— Бывает. — Она пожимает плечами. — Даже раскаяние твое вполне стандартно.
Я снова начинаю плакать. Хлое спрашивает:
— Что с тобой? Она трогает меня за плечо и снова спрашивает: — Что с тобой?
— Но я не могу найти ничего другого… ничего другого, чтобы заполнить пустоту, — говорю я сквозь рыдания.
— Зайка…
— Почему ты просто не взяла и не бросила меня? — рыдаю я.
— Потому что я влюбилась в тебя, — отвечает она.
Мои глаза закрыты, и я слышу, как она шелестит страницами, а затем Хлое берет дыхание и произносит, соблюдая ремарку (тепло, с чувством ):
— Потому что я все еще люблю тебя.
Я, приподнявшись, начинаю стирать слезы с лица.
— Мне нужно так много рассказать тебе.
— Давай, — говорит она. — Я слушаю. Не бойся.
Мои глаза снова наполняются слезами, но на этот раз я хочу, чтобы она их тоже видела.
— Виктор, милый, — говорит она, — не плачь, а не то я тоже заплачу.
— Зайка, — начинаю я. — Все обстоит совсем не так… не так, как ты, возможно, представляешь себе…
— Тсс, все в порядке, — успокаивает меня она.
— Да нет, не в порядке, — говорю я. — Совсем не в порядке.
— Виктор, перестань…
— В любом случае я собираюсь задержаться здесь на некоторое время, — поспешно говорю я, прежде чем снова залиться слезами.
Я закрываю глаза, а Хлое слегка ворочается в постели, перелистывая сценарий, и молчит, очевидно, решая, сказать что то или нет, и тогда говорю я, прочистив горло, чувствуя при этом, что мой нос безнадежно заложен: «Не надо, зайка, прошу тебя, положи это обратно!», и тогда Хлое вздыхает, и я слышу, как она роняет сценарий на пол рядом с кроватью, а затем она приближает мое лицо к своему, и тогда я открываю глаза.
— Виктор, — говорит она.
— Что? — спрашиваю я. — В чем дело, зайка?
— Виктор?
— Да.
Наконец она решается:
— Я беременна.
Это неожиданно. Дальнейшее предстает в весьма схематичном свете. Мы пропустили какую то важную сцену. Я сбежал с лекции, мы вернулись обратно, скрылись в долине — там, где всегда стоит январь, где воздух разрежен, и вот я достаю бутылку кока колы из ведерка со льдом. Фраза «Я беременна» прозвучала для моих ушей почему то неожиданно грубо. Я стою в центре комнаты, буквально расплющенный этой информацией и теми требованиями, которые она передо мной ставит. Я пытаюсь придумать какую нибудь фразу, пообещать что нибудь, не уклоняться от ответа. Она спрашивает: «Ты что, меня не слышишь?» Я говорю себе: «Ты всегда берешь больше, чем даешь, Виктор». Я пытаюсь оттянуть надвигающийся момент, но она смотрит на меня внимательно, даже нетерпеливо.
— Да, я беременна от тебя, — говорит она.
Поскольку я ужасно перепуган, все, что мне удается выдавить из себя, это:
— А ты, э э э, можешь себе сейчас это позволить?
— Нельзя сказать, чтобы я мало зарабатывала, — говорит она, обводя взглядом шикарный номер. — Я могу позволить себе уйти с подиума. Проблема не в этом.
— А в чем? — спрашиваю я, сглотнув слюну.
— Проблема в твоей позиции, — говорит она спокойно. — В том, какую роль намереваешься играть ты во всем этом.
— А откуда ты знаешь… что это от меня? — спрашиваю я.
Она вздыхает.
— Потому что с тех пор, как мы с тобой расстались, у меня, кроме тебя, больше никого не было, — говорит она и презрительно смеется.
— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я. — А Бакстер?
— Я ни разу не спала с Бакстером Пристли, Виктор! — кричит она в ответ.
— Ну, успокойся, успокойся, — приговариваю я.
— О Боже, Виктор, — восклицает она, отворачиваясь.
— Послушай, зайка, что это на тебя нашло?
— Четыре недели назад? Помнишь? В тот день, когда ты зашел ко мне?
— Что? — спрашиваю я, призадумавшись. — Четыре недели назад? Ты уверена?
Молчание.
— В тот день ты свалился мне как снег на голову, помнишь? — спрашивает она. — Это было воскресенье, и ты мне позвонил. Я только что вернулась из Каньон Ранч. Мы встретились с тобой в «Jerry's». В «Jerry's», в Сохо, помнишь? Мы сидели в кабинке в дальнем зале. Ты говорил о том, что собрался поступить в Нью Йоркский университет? — Она делает паузу и смотрит на меня широко распахнутыми глазами. — Затем мы отправились ко мне домой… — Она опускает глаза. Она говорит. — Мы занимались любовью, потом ты ушел. — Она снова выдерживает паузу. — Ты в тот вечер ужинал с Вигго Мортенсеном, Джуд Лоу, одним из продюсеров «Коматозников 2», а Шон Макферсон был в городе с Джиной, и я, в общем то, не очень хотела туда идти, а ты меня и не пригласил — а потом ты так и не перезвонил… На той же неделе я где то прочитала, что ты ужинал в «Diabolo's» — возможно, в колонке Бадди Сигала — и что вы с Дамьеном снова наладили отношения, а затем я наткнулась на Эдгара Камерона, который сказал, что он ужинал с тобой в «Balthazar», а после этого вся ваша компания направилась в «Cheetah» и… и ты так мне больше и не перезвонил и… да ладно, Виктор, это же все в прошлом, верно?
Четыре недели назад я был на корабле посреди океана.
Четыре недели назад я смотрел на лужу крови, растекавшуюся на полу в туалетной комнате в каюте обреченной девушки.
Четыре недели назад я был в Лондоне на вечеринке в Ноттинг Хилле.
Четыре недели назад я познакомился с Бобби Хьюзом. Джейми Филдс обнимала меня, когда я стоял посреди коридора в подвале.
Четыре недели назад меня не было в Нью Йорке.
Четыре недели назад в квартиру Хлое вошел кто то другой.
Четыре недели назад в воскресенье он раздел ее.
Я ничего не говорю. В моем животе плещется целое ведро кислоты, и меня всего трясет от ужаса.
— Зайка, — говорю я.
— Что?
Я начинаю одеваться.
— Мне пора идти.
— Что? — вскрикивает она, приподнимаясь в постели.
— Мне нужно забрать мои вещи, — говорю я подчеркнуто спокойным голосом. — Я выезжаю из того самого дома. Я переезжаю к тебе.
— Виктор, — начинает она, но затем меняет тон. — Я не уверена, что это правильно…
— А мне наплевать, — говорю я. — Я хочу жить вместе с тобой.
Она грустно улыбается и тянет ко мне руку.
— Это правда?
— Да, — говорю я. — Это правда. Я уверен на все сто.
— Ладно, — кивает она головой. — Ладно.
Я падаю на кровать и заключаю Хлое в объятия. Я целую ее в губы, глажу по голове.
— Я вернусь через час, — говорю я.
— Хорошо, — говорит она. — Может быть, мне с тобой поехать?
— Нет, не надо, — говорю я. — Жди меня здесь. Я вернусь скоро.
Но уже у двери что то во мне ломается, я поворачиваюсь и говорю:
— Если, конечно, тебе очень хочется, то… то пошли вместе.
— Как долго тебя не будет?
Я вижу, что она снова взяла сценарий и листает его.
— Час. Может быть, меньше. Минут сорок.
— По моему, — говорит она, — там написано, что я должна оставаться здесь.
— Почему?
— Потому что здесь должен быть отснят еще один эпизод.
— А про меня что в сценарии написано? — спрашиваю я.
— Про тебя… — Хлое, наморщив лоб, вглядывается в страницу. — …про тебя написано, что ты должен уйти.
— А потом? — спрашиваю я.
— А потом? — переспрашивает Хлое с улыбкой.
— Да, потом?
— Тут написано, что потом ты вернешься.

...

Tue, 29 Jul 2008 11:54:11 GMT

...

Sun, 27 Jul 2008 13:13:04 GMT

...когда я была очень молода, для меня ничего не имело значения кроме как сделать себя счастливой, я была единственная...но теперь когда я выросла все поменялось, я никогда не буду прежней, из-за тебя...смотрю на свою жизнь и все очень четко видно...я жила эгоисткой, я была единственной...ничего уже не важно, все что нам нужно - любовь, все что я дала тебе, все мне вернется обратно...ничто так не забирает прошлое, как будщее, ничто так не заставляет уйти тьму как свет...ты мое пристанище от шторма, дал мне комфорт в своих руках...

...timo maas - boy...